Город Гонконг был совсем маленьким, и с трех сторон его окружало море. Тропический ветер дул с Южно-Китайского моря и разгонял зимний холод, приходивший с севера. По ночному небу плыли темные тучи, а в гавани Виктория, этого очаровательного восточного города, стояли тысячи лодок, больших и маленьких.
Когда Ци Му прибыл в этот карманный город, он нашел свое пальто слишком громоздким. К тому времени, как он вышел из туалета аэропорта, он переоделся в тонкую белую рубашку.
Отель, который он забронировал, находился на острове Лантау, недалеко от центра Гонконга. Он взял такси из аэропорта и прибыл в отель, где поставил свой багаж и привел себя в порядок. Освежившись, он спокойно провел свою первую ночь в городе.
Ци Му уже был в Гонконге однажды, во время глобального турне с Венским симфоническим оркестром. Он был впечатлен бешеным расписанием города, но так и не получил возможности осмотреть его.
Поэтому Ци Му проснулся рано утром на следующий день. Привел себя в порядок и решил осмотреть город.
Красивый юноша был одет в тонкую рубашку, а пиджак был небрежно повязан вокруг талии. Этот стиль подходил кому-то за двадцать, поэтому, когда он вышел из своей комнаты, гость, входивший в соседнюю комнату, снял солнцезащитные очки и молча уставился на него.
Ци Му положил свою карточку в карман и повернулся, чтобы встретиться лицом к лицу с человеком, который уже долго смотрел на него.
Ци Му: ". . .”
Мин Чен: ". . .”
Ци Му сразу же повернулся и посмотрел на дверь своего номера, что бы убедиться, что это не его квартира в городе Б. Затем он, наконец, принял реальность, в которой Мин Чен снова оказался его соседом!
Черно-белая бейсболка закрывала половину его лица, эффективно маскируя его неловкость. Ци Му некоторое время размышлял, а затем, наконец, спросил: “Мистер Мин. . . вы тоже в Гонконге? Приехали на отдых?”
"А, я участвую в музыкальном фестивале.”
Ци Му: ". . .”
Какой прямой ответ!
По-видимому, осознавая смущение Ци Му, Мин Чэнь не стал показывать и намека на веселье в своем глубоком взгляде и сказал как ни в чем не бывало: “Я не ожидал, что забронирую тот же отель, что и вы. Какое совпадение.”
Мин Чен действительно не лгал. Он не сказал Даниелю ничего конкретного. Он только хотел не быть в центре шумного города. Итак, без ведома Мин Чена Даниель забронировал номер в этом отеле на Лантау. И. . . его номер оказался рядом с номером Ци Му.
Мин Чен был удивлен, когда он увидел Ци Му, но Ци Му. . . не думаю.
Человек, с которым вы вчера обедали, внезапно появился в соседнем номере, за тысячи километров от дома, на следующее утро. Любой бы подумал что это. . . что это было за слово? Сталкер?
Это мелькнуло в голове Ци Му, но он покачал головой, отбрасывая необъяснимую мысль. Как Мин Чен может быть преследователем? Ну, он, должно быть, слишком много думал об этом. Так и должно было быть.
“Я не ожидал, что вы тоже окажетесь здесь. Фестиваль официально начнется на следующей неделе, Мистер Мин. . . вы планируете посетить достопримечательности?" Подумав об этом немного, Ци Му вежливо улыбнулся: “Я собираюсь пойти посмотреть город. Может, пойдем вместе?”
Пока Ци Му говорил, он взглянул на маленький чемоданчик в руках Мин Чена.
Мин Чен удивленно поднял бровь, затем мягко кивнул: "Хорошо, пойдем вместе.”
Ци Му: ". . .”
Разве его ответ не должен быть “сначала я должен разобраться с моим багажом, мы погуляем вместе позже?!”
Независимо от того, как это получилось, с того первого дня совместной прогулки, Ци Му в конечном итоге выходил со своим соседом каждый день. Иногда они встречались случайно, а иногда планировали следующую встречу, прежде чем вернуться в свои комнаты на ночь.
Другими словами, Ци Му полностью принял тот факт, что он должен быть “неразлучным” с этим человеком во время их пребывания в Гонконге.
Хотя он немного нервничал, но после общения с Мин Ченом он обнаружил, что его мнение об этом человеке было немного предвзятым.
Ци Му несколько раз посещал Берлинский филармонический оркестр. В великолепном концертном зале этот человек использовал свою несравненную харизму, чтобы подавить всю аудиторию, держа каждую ноту под своим командованием.
Как однажды сказал Чжэн Вэй Сяо, посетив концерт «Судьбы», этот человек единственный во всем мире, кто мог сделать такое.
Но именно этот человек, который должен быть прежде всего элегантным и благородным, последует за ним через переполненную бухту дамбы, снимет обувь, окунет ноги в мелководье залива и будет нежиться в морском бризе.
И если, когда он делал это, Ци Му все еще думал, что Мин Чен был равнодушен, то, что произошло, когда они гуляли в Диснейленде, полностью разрушило первоначальное мнение Ци Му об этом человеке.
Дисней был детской мечтой, которую никто не мог разрушить. Ци Му когда-то думал о поездке в этот рай, упомянутый по телевизору, но его приемные родители были обычными людьми и это было слишком дорого для них.
Поэтому, когда он приехал в Гонконг, местом, которое он хотел посетить больше всего, был Диснейленд.
По мнению Ци Му, Мин Чен будет против того, чтобы пойти в такое место. Но, к его удивлению, когда он предложил это в их последний свободный день, Мин Чен удивленно посмотрел на него и кивнул: "Пойдем завтра.”
". . ."
В таком месте, как это, кроме девочек, которые не могли отпустить свои сказки, большинство были родителями с детьми. Поэтому, когда двое высоких мужчин шли бок о бок по усыпанной бриллиантами дорожке, несколько человек изумленно уставились на них.
Кожа Ци Му была светлой, поэтому он носил бейсболку, чтобы прикрывать лицо. В то время как Мин Чен, казалось, не боялся солнца, мужчина носил солнцезащитные очки в кричащей манере типа: “никому не позволено приближаться ко мне". Это, конечно, заставило окружающих считать их странными.
Хотя Мин Чен не показывал дискомфорта всю дорогу, Ци Му не мог не спросить, пока они обедали: " Мин Чен. . . вы уверены, что хотите продолжить эту прогулку?" Последние несколько дней, Ци Му думал, что самым значительным прогрессом между ними было то, что теперь они могли называть друг друга по имени.
Мин Чен поставил чашку на стол и слегка нахмурился: "Ты не хочешь продолжить?”
Ци Му покачал головой: "Я все еще хочу немного прогуляться, но я думаю. . . вы, кажется, не очень любите гулять?”
Кто бы мог подумать, что Мин Чен поднимет на него свои глаза и спокойно опровергнет: " Нет, мне это очень нравится.”
". . ."
Поэтому в тот день человек, сказавший “мне очень нравится", все еще шел равнодушно и смотрел на все небрежным взглядом, лишенным какого-либо намека на радость или волнение. Ци Му не знал, плакать ему или смеяться.
Позже, в тот же вечер они вошли в район Питера Пэна и, сделав всего несколько шагов, услышали голос из динамиков: “Завтра ежегодный фестиваль морской музыки Гонконга. Все сегодняшние гости могут сыграть песню на сцене и получить подарок от Питера Пэна!”
Ци Му посмотрел в сторону сцены. Прежде чем его взгляд успел пересечь все расстояние, он услышал звук заикающегося пианино и бессознательно прошептал: “Этюд Чайковского № 7?"
В его ухе раздался магнетический голос: "Да, это он". - Голос Мин Чена был спокоен, но когда они наконец увидели играющего, оба были ошеломлены. После небольшой паузы Мин Чен беспомощно сказал: "Неудивительно, что он дрожит. Судя по всему, ему меньше пяти лет.”
На сцене мальчик со светлыми волосами и голубыми глазами усердно играл на пианино. Его пальцы были маленькими, но для того, чтобы играть песню от начала до конца, ему и этого отлично хватило.
В конце представления кто-то в костюме Питера Пэна принес коробку печенья для ребенка. Увидев, что есть подарок, другие дети захотели попробовать, и через некоторое время у нескольких других детей было печенье.
Все дети были младше десяти лет, и взрослые смеялись и аплодировали им. Пятый мальчик, который поднялся на сцену был подростком. Черноволосый маленький китаец застенчиво сел перед роялем и начал играть. На второй ноте глаза Ци Му расширились, и он удивленно посмотрел на человека рядом с ним.
Темные глаза Мин Чена, казалось, отражали солнечный свет вечернего заката. Он смотрел на мальчика, так серьезно играющего на сцене, многозначительным взглядом. Затем он просто сказал: "Соната ре минор". Мин Чен отвел взгляд и повернулся к Ци Му, его губы скривились. “Вы действительно узнали его на второй ноте. Вы знакомы с ним?”
Ци Му беспомощно рассмеялся и кивнул: “Я слышал все ваши песни. Вы впервые исполнили эту в Лондоне, когда вам было семнадцать.”
Мин Чен опустил глаза, а затем, будто бы случайно, остановил свой взгляд на Ци Му. Он тихо напевал, но больше ничего не сказал.
На сцене мальчик все еще усердно и искренне играл. Ему было всего четырнадцать или пятнадцать лет. Хотя Мин Чен написал "Сонату ре минор" , когда ему было всего семнадцать лет, исполнение этой пьесы не было легким. Как только песня закончилась, ребенок пропустил несколько нот.
Ци Му смотрел, как мальчик принимает печенье с красными глазами. Он вздохнул. "Песня довольно сложная. Вероятно, он тренировался довольно долго. Я мало что знаю о пианино, но думаю. . . должно быть, он совершил большую ошибку. Он, кажется, плачет над этим.”
Ци Му больше всего ценил людей, которые преданы своему делу. Они могут быть немного менее талантливы, но они действительно обожают свои инструменты. Поэтому они всегда будут усердно трудиться, чтобы играть на них хорошо.
Ци Му взглянул на обычную одежду мальчика и его старые ботинки: "К сожалению, я сомневаюсь, что он может позволить себе приличного учителя..”
Его слова были тихими, едва слышным шепотом, но Мин Чен, стоящий рядом с ним, обладал абсолютным слухом и ясно слышал его. Мин Чен посмотрел на беспомощное лицо Ци Му и прошептал: "Как ты думаешь, он очень хорош?”
Ци Му кивнул. “Да, и он, похоже, много работает. Даже если он менее талантлив, он намного лучше многих людей. К сожалению, даже с его мастерством. . . Боюсь, что его семья не может позволить себе хорошего учителя или отправить его в хорошую школу". - Голос Ци Му постепенно затих, как будто он что-то вспомнил.
Видя, что у Ци Му, казалось, были глубокие чувства по этому поводу, Мин Чен улыбнулся и протянул руку, чтобы взять у Ци Му бейсболку.
Ци Му удивленно поднял глаза и начал: " Вы. . ." - но голос его оборвался, когда он увидел, что Мин Чен уже надел бейсболку. В сочетании с темными очками, большая часть его лица была закрыта.
Глаза Ци Му расширились от удивления, он был неуверен в том, что Мин Чен собирался сделать.
Мин Чен поднес указательный палец к губам и тихо шикнул на него. Затем, под изумленным взглядом Ци Му, он шагнул вперед ...
И, действительно, на сцену!
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Окончание главы
отчет
|
Пожертвовать
Ой, этот пользователь не установил кнопку пожертвования.
|